Между бесконечными пробами она разливала эспрессо тем, чьи лица мелькали на экранах. Он же ночами выжимал хриплые мелодии из саксофона в дымных подвалах, где публика больше смотрела в стаканы. Их миры столкнулись случайно – у стойки кофейни, куда он зашел промочить горло после очередного неудачного джема. Её улыбка, уставшая, но искренняя, и его взгляд, выгоревший от ночных ламп, нашли друг друга.
Сначала успех прикоснулся к ней: небольшая роль, потом ещё одна, внезапное внимание прессы. Он впервые получил приглашение выступить не в подвале, а в модном клубе, где люди стали слушать, а не просто пить. Казалось, сбывается всё.
Но графики разошлись. Её дни теперь занимали съёмки и светские рауты, его ночи – гастроли и записи в студии. Тот самый успех, о котором они шептались в её крошечной квартирке, принёс с собой не совместный триумф, а тихое отдаление. Общие мечты, когда-то склеивавшие их, теперь, осуществившись по отдельности, стали напоминать о разнице траекторий. Звёздная пыль на её платьях и джазовый блюз в его душе зазвучали вразнобой.
